• Русский
  • Українська

Если мы что-то предпочитаем Христу, то Христа мы никогда не обретём (Схиархимандрит Иоаким (Парр)

Иисус Христос

Монашеская жизнь непроста, она исполнена невидимой брани. И брань, которую мы ведём, есть ответ на призыв Господа Иисуса Христа прийти и следовать за Ним. Этот евангельский призыв обращён к каждому, не только к монашествующим. Стремление к особенно близким отношениям со Христом — вот то, что отличает монашествующего.

«Разве не можете вы прийти и быть со Мной один час? — говорил Христос святым апостолам в Гефсимании. — Так ли не могли вы один час бодрствовать со Мною?» (Мф. 26:40) Мы призваны к восстановлению человека — к восстановлению его до состояния, в котором он пребывал до грехопадения. Это возможно только в общении со Христом, когда Он так близок к нам, как никогда не бывает в миру. Именно в таких отношениях со Христом мы преображаемся, меняемся. Своими силами мы этого добиться не можем.

Как говорит апостол Павел: «не я живу, но живёт во мне Христос» (Гал. 2:20). Общежитийный устав, подчинение собственного себялюбия служению ближним — вот что меняет нас. Так как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне (Мф. 25:40).

Почему призваны именно мы — это тайна для всех нас. Почему именно мы жаждем ответить на этот призыв, откликнуться на него всей нашей жизнью?

Впрочем, тайна не означает, что достижение нашей цели невозможно. Просто наш ум не способен понять эту тайну. Она раскрывается только опытным путём, самой жизнью. Она постигается благодаря участию в домостроительстве спасения, вершимом Господом Иисусом Христом, силой стремления отдать всё — ради того, чтобы всё обрести. Следуя по этому пути, монашествующий старается преобразить свою жизнь, направляя её ко Христу.

Когда преподобный Венедикт Нурсийский составлял правила монашеской жизни, он включил в них такое высказывание: «Монах не должен предпочитать что-либо любви Божией». Тем самым он подразумевал следующее: ничто не должно быть сосредоточием нашей жизни — ничто, никто, даже собственное «я». Ни одно из творений Бога не может быть для нас главным. Нам нельзя любить что-то превыше Христа, иначе наши отношения с Ним не состоятся. Господь говорит: «Никто не может служить двум господам: ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить; или одному станет усердствовать, а о другом нерадеть» (Мф. 6:24). Почему? Потому что человек не может находиться в двух местах одновременно.

Потому-то мы и называем себя монахами — ведь греческое слово monacoz означает «один». Но монах — это не просто тот, кто живёт один, сам по себе, а тот, кто живёт вместе со Христом. Мы любим одного Христа. Мы полностью принадлежим Христу. Если люди этого не понимают, можно им это пояснить, сравнив монашество с браком. Если мужчина, вступив в брак, начинает поглядывать на других женщин, испытывать к ним влечение и чувства, то он тем самым изменяет своей жене, обманывает любимого человека.

Мы отдали свою жизнь лично Иисусу Христу. Мы любим Его всей нашей сущностью — Его, а не кого-то другого. Почему люди порой чувствуют себя такими несчастными в монашестве? Потому что Христос не является для них средоточием жизни. Они не живут для Христа, не посвящают каждый день своей жизни Ему. Они живут ради какой-то нелепой работы, ради какого-то монастыря, чего угодно — не для Христа, а для того, что никакого отношения к Нему не имеет. Они вступают во взаимоотношения с разными людьми, кого-то любят, кого-то ненавидят, заводят друзей, подруг, заботятся о своих семьях и переживают за них, переживают за самих себя — и никогда не живут духовной жизнью, никогда не становятся монахами.

Бог создал человеческое сердце ради одной единственной цели — для того, чтобы оно любило Бога. Без любви нет жизни, и без любви к Богу тоже нет жизни. Поэтому нам постоянно приходится иметь дело с действительностью, ставящей перед нами вопрос: кого же мы любим? Большинство из нас скажут, что любят самих себя. А ведь если монах говорит, что любит самого себя, то это означает, что он не любит Христа. А если он не любит Христа, то он не монах — и неважно, какие он дал обеты и какую носит одежду, неважно, настоятель он или послушник.

Если мы не стараемся любить Христа превыше всего, то этого и не произойдёт. Христос должен занимать первое место в наших сердцах. Становясь монашествующими, мы лишаем себя права любить кого-либо кроме Христа — так же, вступая в брак, мы добровольно лишаем себя права любить кого-то помимо мужа или жены, потому что отдаём им свою жизнь. Наша любовь принадлежит им, а если мы начинаем любить себя или других, то это измена.

Все беды монашествующих происходят из-за того, что они забывают эту духовную действительность. Ведь мы находимся здесь только ради того, чтобы любить Бога. Мы любим кого-то или что-то во Христе, и это означает, что в силу нашей любви ко Христу мы свободны от собственного «я», а освобождение от собственного «я» открывает нам возможность любить всех других.

Сегодня люди, в большинстве своём, не имеют ни малейшего представления о том, что это означает. У нас отсутствует представление о том, что такое хранить верность. Посмотрим на браки в миру — люди вступают в союз, но не хранят верность друг другу. Посмотрим на монашествующих — они приходят, принимают постриг и ... уходят. Или, если это мужчины, — принимают постриг, рукополагаются и уходят. Заводят себе сожительниц... И ничего у них нет, потому что они неверны Христу.

Святой Августин, епископ Иппонийский (Иппо — был такой город в Африке), говорил: «Не знает покоя сердце моё и не может обрести его, пока не упокоится во Христе, потому что сердца наши созданы для Бога»[1].

Бог послал Своего Единородного Сына для того, чтобы нам было легче вступить во взаимоотношения с Богом. Бог сказал: «Так как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне» (Мф. 25:40).

Мы, монашествующие, должны каждый день устремляться духовным взором ко Христу. Но ведь многие из нас смотрят только на самих себя. Мы переживаем только за самих себя. Не читаем Писания и не верим ему. Господь говорит: «О чём вы заботитесь? Бог любит вас, и Он позаботится обо всём, в чём вы имеете нужду. Посмотрите на птиц небесных и на цветы полевые, посмотрите, как Господь заботится о них, а ведь Он любит вас больше их» (ср.: Мф. 6:25-32).

А мы не понимаем значения этих слов — потому что сами не любим никого, кроме себя. Мы стремимся к тому, чтобы нас любили, но сами при этом не понимаем, что значит любить. Помимо всего прочего, мы ещё и постоянно всех подозреваем.

Но если мы осознаём, что отдали свою жизнь Христу и приняли на себя обязанность любить Его, тогда мы должны делать это, не предпочитая ничего любви Христовой — ни себя, ни личные удобства, ни своё здоровье, ни отца с матерью, ни мир... Ничего! Ни монастырь, ни настоятеля, ни настоятельницу — только Христа. И тогда, если мы будем любить Его превыше всего, то сможем любить всех. Когда в человеческом сердце живёт любовь, оно переполнено желанием быть с тем, кого любит. Важен только любимый, и больше никто.

Когда наше сердце полно любви, оно занято не собственным «я», а любимым. В чём же причина того, что мы не заняты Богом? Почему наш ум так сильно отвлекается, почему мы такие подозрительные, мелочные, почему хотим, чтобы всё было по-нашему? Почему мы всегда несчастны? Почему так часто не понимаем, что происходит? Почему никому не доверяем? Потому что мы любим самих себя, а Христа не любим. Мы не предали себя в руки Христовы.

Когда мы начинаем любить Христа, то видим Его повсюду. Он говорит: «Если любите Меня, соблюдите Мои заповеди» (Ин. 14:15).

Он говорит: «Если любите Меня, служите друг другу». И ещё: «Я пришёл творить волю пославшего Меня Отца (ср.: Ин. 6:14). Кто будет исполнять волю Отца Моего Небесного, тот Мне брат, и сестра, и матерь (Мф. 12:50), и отец». «Если любите Меня, соблюдите Мои заповеди».

Думаю, что у нас зачастую имеет место непонимание смысла монашества, и происходит оно из-за того, что многие смотрят на монашество как на некий образ жизни — подобно тому, как они считают неким образом жизни и брак. Но ведь брак — не образ жизни. Брак — действие, направленное на того, кого мы любим, и ответ на вопрос, почему мы любим этого человека. Также и монашеская жизнь — она направлена на Того, Кого мы любим, и она же даёт нам ответ на вопрос, почему мы Его любим.

Однако многие приходят в монашество, не зная, что такое любовь, не умея любить и даже не думая о любви. Они приходят в монашество с мыслями о том, что оно может им дать. Их увлекает всё внешнее. Такой монах уподобляется легкомысленной женщине, которая думает лишь о том, что надеть в день свадьбы, как устроить праздничный стол, какую посуду поставить, какую музыку подобрать, как будет выглядеть обручальное колечко... а муж уже не важен, он даже забыт. После этого, конечно же, брак терпит неудачу. Потому что всё было сосредоточено на том, чтобы женщина чувствовала себя принцессой, и это продолжалось лишь несколько недель, пока она витала в стране грёз и мечтаний. А потом в браке наступает настоящая брань за то, чтобы постоянно отдавать себя тому, кого любишь, — и тогда такие женщины уходят из семьи. Почему? Потому что, вступая в брак, они были захвачены собственными мечтаниями.

Точно также многие люди приходят и в монашество. Они приходят получать, а не отдавать. Приходят воплощать в жизнь свои мечты. Это продолжается недолго и заканчивается тем, что они начинают ненавидеть друг друга. Приходят со словами: «Ах, как тут всё прекрасно и чудесно», а уже через шесть месяцев сплетничают обо всех подряд, на всех злятся, говорят: «До чего же здесь ужасно! Не понимаю, зачем я сюда пришёл». А почему? Потому что пришли в монашество не ради Христа.

Если мы что-то предпочитаем Христу, то Христа мы никогда не обретём и никогда не станем монахами. Вот что означают слова о том, что монаху не должно ставить что-то превыше любви Божией.

_______________

[1] «Ты создал нас для Себя, и не знает покоя сердце наше, пока не успокоится в Тебе». Бл. Аврелий Августин. Исповедь. Кн. 1. Гл. 1.