• Русский
  • Українська

О старейших колоколах Киево-Печерской лавры

Несомненно, 1025-летие Крещения Руси стало главным юбилеем нынешнего года. Однако все же этот юбилей — не единственный. На фоне прошедших торжеств, два других интересных юбилея — вроде бы совсем «негромкие»; зато громкие — голоса «юбиляров», звучащие над Киевом уже несколько столетий.

«За вратами Великой церкви — две колокольни, одна насупротив другой, с западной стороны. Они деревянные, высокие, четырехугольные. Одна из них очень высокая... Наверху висят на деревянных брусьях пять больших и малых колоколов... Другая колокольня, насупротив, ниже первой. На ней висит огромный колокол, подобного которому мы еще не видывали: он величиной с небольшой шатер и весит около 50 алеппских кинтаров».

Это — слова архидиакона Павла Алеппского, сына и секретаря Патриарха Антиохийского Макария, сопровождавшего отца в поездке через Украину в Москву в 1654 г. Относятся они к Киево-Печерской Лавре и читаются в знаменитом «Путешествии Патриарха Макария», составленном о. Павлом на основании дорожных записок. Кинтар — старинная мера веса, которая в разных странах Ближнего Востока и Средиземноморья обозначала от 45 до 320 кг. Итак, колокол на отдельной лаврской звоннице весил не менее 2-х тонн, или 140 пудов. А может — гораздо больше. Но примечательным этот колокол оказался не только во времена Хмельниччины: тогда он выделялся своим весом, а в наше время — интересен с точки зрения возраста, как старейший датированный колокол Лавры. Зачем оговорка «датированный»? Затем, что он сохранился не в изначальном виде. В 1831 г. митрополит Киевский Евгений (Болховитинов) зафиксировал в своем «Описании Киево-Печерской Лвры» множество исторических надписей на территории монастыря, и в их числе — надписи на колоколах; одна из них гласит: «От Созонта Балыка, бурмистра Киевского, прежде в року 1613 в монастыр Печерский Киевский наданный и Балыком названный, теперь вновь по пожеже... року 1719, месяца маия, перелляный... а весу в сем колоколе 230 пуд». Благодаря цитируемым сведениям мы можем утверждать, что именно этот колокол видел о. Павел Алеппский на отдельной звоннице. Под тем же именем «Балык» он упоминается гораздо ранее — в первом печатном описании Лавры, известном как «Тератургима» и изданном в монастырской типографии в 1638 г.; здесь, на гравюре с изображением усадьбы Великой Печерской церкви (иначе — Успенского собора), обе деревянные колокольни, о меньшей из которых сказано: «Вторая — пониже, из-за большой тяжести, которая на ней висит, то есть большого колокола, названного по имени создателя своего Балыком».

Пожар, о котором сообщает надпись на колоколе, случился в 1718 г. Тогда выгорела вся Верхняя территория Лавры. Сгорели и деревянные колокольни. В 1731-1745 гг. немецкий зодчий Иоганн Готфрид Шедель возвел вместо них каменную Большую лаврскую колокольню. На ней до сих пор и звонит перелитый «Балык». Притом — в качестве одного из всего лишь трех богослужебных колоколов, оставшихся на этой колокольне в советское время. В нынешнем году «Балыку» исполнилось 400 лет. Он хорошо виден в южном арочном проеме 3-го яруса Большой лаврской колокольни — если взглянуть от порога Музея микроминиатюр Николая Сядристого, действующего в здании бывшей библиотеки митрополита Флавиана (Городецкого).

Другой лаврский колокол-«юбиляр» — ровно на 70 лет моложе, зато ни разу не переливался и является в монастыре старейшим, дошедшим до нас в изначальном виде. По-своему интересна и удивительная «одиссея» этого колокола, побывавшего за 330 лет на 3-х колокольнях и крепостной башне, а созданного... вообще не для Лавры.

На колоколе есть надпись: «Лета 7191 [1683] Г(осподня) году м(е)с(я)ца марта в 1 де(нь) дал сеи колокол вкладу по обещанию своему и по родителех в поминовение в Киево д(е)вич мана©тырь к ц(е)ркви Вознесению Господню Иван Стефанов с(ы)н Мазепа, а весу в нем 30 пуд 25 фунтав [около 0,5 т]». Упомянутый Вознесенский монастырь был основан напротив Святых врат Лавры при ее настоятеле архимандрите Елисее Плетенецком между 1599-1618 гг. С 1683 г. обителью руководила игумения Мария Магдалина Мазепина, в миру Марина Мокиевская, мать Ивана Мазепы, которому тогда до принятия гетманской булавы оставалось еще 4 года. Вознесенской игуменией мать Мария Магдалина оставалась до самой своей кончины, последовавшей в 1707 г. В 1706 г. Петр I начал окружать Лавру земляной крепостью, в связи с чем Вознесенский монастырь решили закрыть и обратить в арсенал. С 1710 г. главный храм обители стал приходом, в 1711 г. монахинь перевели во Флоровский монастырь на Подол. Трапезная Покровская церковь Вознесенской обители действовала впоследствии тоже как приходская, а в других помещениях монастыря устроили арсенал. В конце XVIII в. оба храма разобрали. После лаврского пожара 1718 г., Петр I велел передать Вознесенские колокола Печерской братии. Установив в 1760 г. на одной из крепостных башен Верхней усадьбы Лавры часы (отсюда ее название Часовая), колокол 1683 г. повесили там в качестве часового, а после снятия механизма в 1816 г. — перенесли на Большую лаврскую колокольню. При вступлении в Киев в 1941 г. нацистов, возле этого колокола сфотографировался немецкий солдат. Его фото стало знаменитым. Лавру, откуда советская власть изгнала иноков в 1920-х, немцы поделили: Верхнюю территорию использовали для своих нужд до ухода из Киева в 1943 г., а на Нижней позволили открыть монастырь, который действовал до 1961 г. Возрождение обители послужило причиной перенесения колокола Мазепы на колокольню Ближних пещер, сооруженную в 1760-1763 гг. Состоялось оно, вероятно, в ходе ремонта Большой колокольни в конце 1940-х гг. Позднее, из-за повторного гонения на иноков, колокольня Ближних пещер вновь умолкла. Следующее ее «пробуждение» наступило в декабре 1989 г.

С тех пор, в определенное богослужебным уставом время, Мазепин колокол издает ритмичный звон, на фоне которого звучат и малые колокола той же колокольни. Колокол-«юбиляр» хорошо виден через западный проем колокольни, когда спускаешься мимо нее от Креста 2000-летия Рождества Христова к церкви Воздивжения на Ближних пещерах.

religion.in.ua